Оделося море в свой гневный огонь
И волны, как страсти, кипучие катит,
Вздымается, бьется, как бешеный конь,
И кажется, гривой до неба дохватит;
И вот — опоясавшись молний мечом,
Взвилось, закрутилось, взлетело смерчом;
Но небес не достиг столб, огнями обвитый,
И упал с диким воплем громадой разбитой.
Стихнул рокот непогоды.
Тишины незримый дух
Спеленал морские воды,
И, как ложа мягкий пух,
Зыбь легла легко и ровно,
Без следа протекших бурь, —
И поникла в ней любовно
Неба ясная лазурь.
Так смертный надменный, земным недовольный,
Из темного мира, из сени юдольной
Стремится всей бурей ума своего
Допрашивать небо о тайнах его;
Но, в полете измучив мятежные крылья,
Упадает воитель во прах от бессилья.
Стихло дум его волненье,
Впало сердце в умиленье,
И его смиренный путь
Светом райским золотится,
Небо сходит и ложится
В успокоенную грудь.