Было время — по Украйнѣ
Пушки грохотали.
Было время — запорожцы
Жили-пировали.
Пировали, добывали
Славы, вольной воли.
Все-то минуло — остались
Лишь могилы въ полѣ,
Тѣ высокія могилы,
Гдѣ лежитъ зарыто
Тѣло бѣлое казачье,
Саваномъ пови́то.
И чернѣютъ тѣ могилы,
Словно горы въ полѣ,
И лишь съ вѣтромъ перелетнымъ
Шепчутся про волю.
Славу дѣдовскую вѣтеръ
По́ полю разноситъ…
Внукъ услышитъ — пѣсню сложитъ,
И съ той пѣсней коситъ.
Было время — на Украйнѣ
Въ пляску шло и горе:
Какъ вина да меду вдоволь —
По колѣно море!
Да, жилось когда-то славно!
И теперь вспомянешь —
Какъ-то легче станетъ сердцу,
Веселѣе взглянешь.
Встала туча надъ Лиманомъ,
Солнце заслоняетъ;
Лютымъ звѣремъ сине море
Стонетъ, завываетъ.
Днѣпръ надулся. „Что жь, ребята,
Время мы теряемъ?
Въ лодки! Море расходилось…
То-то погуляемъ!“
Высыпаютъ запорожцы.
Вотъ Лиманъ покрыли
Ихъ ладьи. „Играй же, море!“
Волны заходили…
За волнами, за горами
Берега́ пропали.
Сердце ноетъ; казаки же
Веселѣе стали.
Плещутъ веслы, пѣсня льется,
Чайка вкругъ порхаетъ…
Атаманъ въ передней лодкѣ —
Путь-дорогу знаетъ.
Самъ все ходитъ вдоль по лодкѣ;
Трубку сжалъ зубами;
Взглянетъ вправо, взглянетъ влѣво —
Гдѣ бъ сойтись съ врагами.
Закрутилъ онъ усъ свой черный,
Вскинулъ чубъ косматый;
Поднялъ шапку — лодки стали…
„Сгинь ты, врагъ проклятый!
Поплывемте не къ Синопу,
Братцы-атаманы;
А въ Царьградъ поедемъ — въ гости
Къ самому султану!“
— Ладно, батька! — загремѣло.
„Ну, спасибо, братцы!“
И накрылся.
Вновь горами
Волны громоздятся…
И опять онъ вдоль по лодкѣ
Ходитъ, не садится;
Только молча, исподлобья
На волну косится.