Печаленъ воздухъ. Теменъ стыдъ.
И не обутъ, и не умытъ,
У запертыхъ еще дверей
Стою. Репейникъ и пырей
Покрыты каплями росы.
Пускай мнѣ ноги лижутъ псы
Въ саду почтеннаго отца.
И не заплаты бѣглеца,
Не копоть омертвѣлыхъ рукъ,
Водившихъ въ зноѣ рабій плугъ
И съ принужденностью тупой
Свиней въ скалистый водопой;
Но эта пыль земного зла
Въ душѣ такъ тускло-тяжела,
Что даже, если бъ и возникъ
Родителей веселый крикъ,
Когда бы даже мать сама
Меня бы повела въ дома,
Чалму стараясь развязать,
Я не сумѣлъ бы разсказать…
Отцу безсовѣстный палачъ,
Не удержалъ бы женскій плачъ!
Испить на днѣ пустой души
Не уксусъ казни… только вши,
Исчадье вавилонскихъ дѣвъ,
Испытывать внезапный гнѣвъ
И устыдиться, что на судъ
Несешь заплеванный сосудъ!