Мы к снам заоблачным утратили порывы,
И двери вечности пред нами заперты́:
Земля, одна земля!.. и по краям — обрывы,
И нет ни выхода, ни цели для мечты…
Почуяв страшные, отвесные стремнины
Вокруг земной коры, где тлеет наш очаг,
Сказали мы себе: «мы дети этой глины
И от плотски́х забот отныне — ни на шаг!
Довольно веровал и мучился наш предок,
На небо возводя благочестивый взор:
Рассеять мы хотим опасный этот вздор
Путем анализа и тщательных разведок».
С незыблемых святынь покровы сняты прочь:
Открыты в чудесах секретные пружины;
Все взрыто, свергнуто; везде зияет ночь,
Где прежде таяли волшебные картины…
И резче все, черствей звучит недобрый смех
Утешенной попытки разрушенья;
Нам чуть мерещатся, сквозь длинный ряд помех,
Когда-то милые для сердца заблужденья…
На глыбы черные роняет только свет
Фонарь, колеблемый рабочим утомленным,
Но не скорбит задумчивый Гамле́т
Надь черепом, раскопкой обнаженным;
Под костью звонкою, во впадине пустой,
Гуляет ветер шумный и ненастный,
А рядом труженик сурово-безучастный
Во мрак спускается опасною тропой…